- Ваньяры! - признал Огерн старых врагов. - Те, что стали почитать Улагана как бога!

- А теперь и его сына Боленкара, - серьезно сказала Рахани.

Улаган взрастил собственных полководцев. Он насиловал человеческих женщин. Беременея, несчастные раздувались так, что чуть не лопались, и умирали, принося гигантских детей - полулюдей-полулинов - ульгарлов, старейшим и гнуснейшим из коих был Боленкар. Первый из них и самый одинокий, он ненавидел и чтил своего отца - чтил, как всякий сын будет чтить сильного и влиятельного отца; ненавидел за жестокость и потому, что он навлек на него злобу других улинов, презиравших Боленкара за то, что он выродок. Теперь злоба и обида нашли выход, направив человека на человека, войско на войско, а вынужденное почитание отца и вечная и тщетная жажда признания нашли выход в продолжении деяний Улагана по уничтожению молодых рас через их науськивание друг на друга. Но Боленкар также приказал ваньярам родить как можно больше детей, и две столкнувшиеся силы были практически равны друг другу по численности.

Кентавры все же одолели ваньяров, поскольку колесницам было не сравниться в быстроте и маневренности с мощными лошадиными телами. Колесницы разъехались в разные стороны, оставив на поле брани тысячи мертвых и умирающих. Те из уцелевших, кому удалось добраться до дому, похватали свои семьи и бежали дальше. Они донесли весть о поражении до сородичей, и другие семьи собирались и бежали, оставляя за спиной прикрытие из ваньяров, которые бились, отступали и гибли, пока остальные не спаслись, не попали в рабство или не погибли. Тогда те из прикрытия, кто остался в живых, повернулись и тоже бежали, а кентавры забрали их жилища и их рабов и занялись тем, что стали выслеживать многочисленные стада, которые были источником жизни ваньяров и остатки которых могли теперь дать начало новым стадам.